Т. Усубалиев: ОТВЕТ КЛЕВЕТНИКАМ

В 1991 году распался Великий Советский Союз. И после этой страшной трагедии в нашей истории, мои недруги распоясались, стали наглыми, начали распространять против меня гнусные обвинения, что я, став Первым секретарем ЦК Компартии Киргизии в 1961 году, будто бы всячески ущемлял интересы южан во всех сферах жизнедеятельности, собирал компроматы на Раззакова И. Р., науськивал высших союзных руководителей и занял его пост. Все это – явные клеветнические измышления. Я разоблачал клеветников в средствах массовой информации. Однако недруги не оставляют меня в покое, никак они не унимаются, постоянно следуют за мною словно тень, талдычат измышления вздорных обвинений.  

Я вынужден вновь предложить вниманию читателей партийно-государственные документы, факты и аргументы.

* * *

5 мая 1961 года в зале заседаний бюро ЦК Компартии Киргизии собрались все члены бюро ЦК в полном составе. В зале вместе с членами бюро ЦК находились заведующий отделом организационно-партийной работы ЦК КПСС, секретарь ЦК КПСС тов. Виталий Николаевич Титов, первый заместитель заведующего отделом организационно-партийной работы ЦК КПСС тов. Петр Филиппович Пигалев. Заседание бюро ЦК открыл первый секретарь ЦК Раззаков Исхак Раззакович и сразу слово предоставил В. И. Титову, который сказал следующее.

У ЦК КПСС давно вызывает серьезное беспокойство положения дел в Киргизской ССР. В связи с этим группе ответственных работников аппарата ЦК КПСС было поручено с выездом на место объективно и глубоко изучить состояние народного хозяйства республики и деятельности бюро ЦК республиканской партийной организации. Товарищи выполнили поручение и о результатах проделанной работы представили в ЦК КПСС обстоятельную записку. В ней указываются серьезные недостатки и ошибки в работе бюро ЦК Компартии Киргизии и Совета Министров республики по руководству народным хозяйством. Отмечены также крупные ошибки ЦК в организационно-партийной, идеологической работе, особенно в подборе, расстановке и воспитании кадров.

В. И. Титов зачитал записку ЦК КПСС. О серьезных недостатках в работе бюро ЦК КП Киргизии по руководству народным хозяйством и организационно-партийной работой.

В. И. Титов сказал, что записка внимательно рассматривалась на Секретариате ЦК КПСС. ЦК решил передать ее на обсуждение самого ЦК КП Киргизии, при этом выразил уверенность, что он сумеет сам разобраться в причинах вскрытых крупных недостатках и ошибках, дать им соответствующую принципиальную политическую оценку, выработать и осуществлять конкретные меры по их устранению.

Текст записки ЦК КПСС был роздан членам бюро ЦК КП Киргизии.  Началось обсуждение записки ЦК КПСС. 5 мая 1961 г. бюро заседало с 6 часов до 11 часов вечера и следующий день – 6 мая – с 10 часов утра до 19 часов вечера. Для выступления время не ограничивалось. Выступили почти все члены бюро ЦК и кандидаты в члены бюро ЦК. Выступления на бюро ЦК были острыми, достаточно аргументированными, подкрепленными конкретными примерами и фактами.

В своем выступлении И. Р. Раззаков сказал, что он полностью согласен со всеми выводами и положениями записки ЦК КПСС, несет персональную ответственность за серьезные ошибки и недостатки в ведении народного хозяйства, крупные пробелы в кадровой политике.

Председатель Совета Министров республики К. Д. Дикамбаев сказал, что в записке ЦК КПСС о состоянии дел в Киргизской республике совершенно правильно вскрыты ошибки и промахи в деятельности Совета Министров и лично в моей работе. Я, как давний член ЦК и член бюро ЦК, также несу ответственность за серьезные недостатки и ошибки в работе ЦК по руководству народным хозяйством и работой по подбору, расстановке и воспитанию кадров.

После двухдневного обсуждения вопроса члены бюро ЦК единогласно приняли постановление, что необходимо укрепить ЦК и Совет Министров республики, т.т. Раззаков и Дикамбаев не могут оставаться в дальнейшем на занимаемых ныне высоких постах. Это решение бюро ЦК вносилось на рассмотрение пленума ЦК КП Киргизии.

Предлагаю вниманию читателей текст постановления бюро ЦК КП Киргизии от 6 мая 1961 года.

П о с т а н о в л е н и е № 48/18-Б

Бюро ЦК КП Киргизии

от 6 мая 1961 года

О записке ЦК КПCC «О положении дел в Киргизской ССР»

Бюро ЦК КП Киргизии отмечает,  что ЦК КПСС глубоко вскрыл имеющиеся серьезные недостатки в работе ЦК и Совета Министров республики, лично т.т. Раззакова и Дикамбаева по руководству народным хозяйством и культурой,  совершенно правильно указал на наличие крупных ошибок в организационно-партийной и идеологической работе,  особенно в подборе, расстановке и воспитании кадров. Эти ошибки и недостатки привели к тому,  что многие отрасли народного хозяйства республики,  особенно сельское хозяйство на протяжении ряда последних лет развивается крайне медленно. Производство и заготовки сельскохозяйственных продуктов в колхозах и совхозах значительно отстают от темпов роста,  предусмотренных семилеткой.

Бюро признает, что ЦК и Совет Министров республики допускают крупные недостатки в развитии животноводства. Рост поголовья скота идет крайне медленно и отстает от темпов роста, предусмотренных семилеткой. План развития поголовья овец и коз в общественном секторе за два года семилетки выполнен только на 83,7%. Медленный рост поголовья скота объясняется тем,  что в колхозах и совхозах республики ежегодно допускается большой падеж животных, высокая яловость и низкий выход молодняка на 100 моток.

За два последних года потери от падежа составили 1 млн. 200 тыс. голов овец и коз; большой надеж скота допускается и в текущем году. За последние годы значительно ослаблено внимание продуктивности животноводства. В 1960 году в подавляющем большинстве хозяйств и в целом по республике допущено снижение надоев и уменьшение валового производства молока.

Крайне медленный рост поголовья скота, большой падеж и низкая продуктивность животноводства объясняется тем, что ЦК и Совет Министров республики не проявляют необходимой заботы и настойчивости в создании прочной кормовой базы. Плохо используются имеющиеся благоприятные, природно-климатические условия  для выращивания высоких урожаев кукурузы – основного резерва резкого увеличения производства зерна и сочных кормов. Урожай зерна кукурузы в прошлом году на поливных: землях составил 19 центнеров с гектара, зеленой массы – 190 центнеров с гектара. Значительная часть посевов кукурузы ежегодно скашивается на зеленую подкормку и стравливается из-под копыт.

Недопустимым является также то, что за последние годы произошло сокращение посевных площадей зерновых культур, Неудовлетворительно решается задача дальнейшего увеличения производства хлопка и сахарной свеклы. В прошлом году в колхозах и совхозах республики допущено уменьшение валового сбора хлопка-сырца и сахарной свеклы по сравнению с 1958г.

Бюро ЦК признает правильной критику партийных и советских органов республики со стороны ЦК КПСС за допущенное ослабление внимания к вопросам соблюдения Устава сельскохозяйственной артели, терпимое отношение к многочисленным фактам крупных растрах денежных средств,  хищения скота и другого общественного имущества. В 1960 году в колхозах и совхозах республики расхищено и разворовано более 62 тыс. голов скота и десятки миллионов рублей денежных средств.

Бюро ЦК отмечает серьезные недостатки в развитии промышленности и строительства. Значительно ниже, чем предусмотрено контрольными цифрами семилетки развивается нефтяная промышленность и промышленность стройматериалов. Большое число предприятий ежегодно не выполняет государственных планов по выпуску продукции. Многие предприятия, выполняя план «по валу», не выполняют заданий по номенклатуре и ассортименту. План капитальных вложений из года в год не выполняется, в результате чего производственные мощности своевременно в действие не вводятся. За два последних года недодано против государственного плана 113,4 тыс. квадратных метров жилой площади. План строительства школ в прошлом году выполнен только на 64 проц., больниц, поликлиник – на 31 проц., детсадов и яслей – на 59 процентов.

В записке ЦК КПСС совершенно правильно отмечается, что ЦК и Совет Министров республики не проявляют необходимой заботы о сохранности социалистической собственности, в результате чего на промышленных предприятиях и стройках,  в торгующих организациях Киргизской ССP за последнее время широкие размеры приобрели растраты и хищения государственных средств и материальных ценностей.

Бюро ЦК особо отмечает,  что партийные органы республики и лично секретарь ЦК т. Раззаков не сделали необходимых практических выводов из неоднократных указаний ЦК КПСС об улучшении работы с кадрами, по-прежнему допускают крупные ошибки и недостатки в этом деле, в решении многих кадровых вопросов не проявляют партийной принципиальности и политической остроты, плохо изучает деловые и политические качества руководящих работников и не осуществляют повседневного контроля за их деятельностью.

Бюро ЦК не требовательно относится к работникам, слабо воспитывает их в духе честности и правдивости, строжайшего соблюдения партийной и государственной дисциплины, высокой ответственности за выполнение порученного дела. В силу этого в республике имеется немало фактов, когда некоторые руководящие работники вместо того, чтобы сосредоточить свою деятельность на мобилизации колхозников и рабочих совхозов на решение задач по увеличению производства сельскохозяйственной продукции встали на путь приписок, очковтирательства и обмана государства, на путь извращения политики партии в деле заготовок сельскохозяйственных продуктов.

Бюро ЦК допустило политическую беспечность и близорукость, проглядев серьезную засоренность кадров органов милиции, суда, прокуратуры, торговли и некоторых учреждений государственного аппарата людьми нечестными,  взяточниками и проходимцами.

Бюро ЦК КП Киргизии считает, что в записке ЦК КПСС правильно указывается на то, что в республике имели место факты проявления местничества и нарушения государственной дисциплины со стороны ЦК и Совета Министров и лично т.т. Раззакова и Дикамбаева, a такжe серьезные ошибки в проведении национальной политики.

Бюро ЦК отмечает, что первый секретарь ЦК т. Раззаков и председатель Совета Министров т. Дикамбаев неоднократно подвергались критике за слабую организаторскую работу и низкую требовательность к кадрам, либеральное отношение к нарушителям партийной и государственной дисциплины, но и после  этого стиль и методы их работы не изменились.

T.т. Раззаков и Дикамбаев свыклись со многими крупными недостатками, не проявляют партийной принципиальности в решении ряда политических и хозяйственных вопросов, особенно в деле подбора и воспитания кадров, продолжительное время мирились с тем, что республика, имея огромные возможности и неиспользованные резервы для развития сельского хозяйства, из года в год не выполняет принимаемых на себя обязательств.

Бюро ПК КП Киргизии ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. За допущенные крупные ошибки и недостатки в руководстве партийной организацией республики освободить т. Раззакова И. Р. от обязанностей первого секретаря и члена бюро ЦК КП Киргизии.

2. За неудовлетворительное руководство Советом Министров республики, допущенные серьезные недостатки и руководстве народным хозяйством, проявление местничества и нарушение государственной дисциплины снять т. Дикамбаева К.Д. с поста председателя Совета Министров Киргизской ССР.

Вывести т. Дикамбаева К.Д. из состава членов бюро ЦК KП Киргизии.

3. В связи с тем, что т. Степкин с возложенными на него обязанностями в полной мере не справляется и в целях более правильного использования освободить его от занимаемой должности второго секретаря ЦК КП Киргизии. Рекомендовать пленуму ЦК КП Киргизии избрать т. Степкина секретарем ЦК, поручив ему заниматься вопросами сельского хозяйства.

4. Пункты 1, 2 и 3 внести на утверждение пленума ЦК КП Киргизии.

  1. Во изменение ранее принятой повестки дня пленума ЦК КП Киргизии, созываемого 8 мая с. г. внести на рассмотрение пленума вопрос «О серьезных недостатках в работе бюро ЦК КП Киргизии по руководству народным хозяйством и организационно-партийной работой».

6. Поручить т. Усубалиеву Т. выступить на пленуме ЦК КП Киргизии с докладом о настоящем постановлении бюро ЦК.

Бюро ЦК КП Киргизии

Это постановление подписали 11 членов Бюро ЦК Компартии Киргизии.

В соответствии с постановлением бюро ЦК  я вместе с секретарем ЦК КП Киргизии В. Н. Зайчиковым засел в 7 часов вечера 6 мая за составление текста доклада бюро ЦК на предстоящем пленуме ЦК. Мы работали целые сутки без отдыха и сна. Составление текста доклада закончили в 4 часа ночи 8 мая. Доклад написали на основе записки ЦК КПСС, постановления бюро ЦК, выступлений членов бюро ЦК на его заседании 5 и 6 мая.

В 10 часов утра 8 мая началось заседание пленума ЦК. Заседание пленума открыл И. Р. Раззаков. Он сообщил, что на пленуме присутствуют: 83 члена ЦК, 36 кандидатов в члены ЦК, 21 члена Ревизионной комиссии Компартии Киргизии.

Присутствуют заведующий Отделом организационно-партийной работы ЦК, секретарь ЦК КПСС тов. Титов В. Н., первый заместитель заведующего Отделом организационно-партийной работы ЦК КПСС тов. Пигалев П. Ф.

На пленуме присутствуют также 98 ответственных работников ЦК КП Киргизии, Президиума Верховного Совета и Совета Министров Киргизской ССР, первые секретари райкомов и горкомов партии, председатели исполкомов районных и городских советов депутатов трудящихся, руководители республиканских министерств и ведомств, не входящих в состав руководящих органов ЦК Компартии Киргизии. (ЦГА ПД КР Фонд 56, оп. 4. д. 1267).

Пленум утвердил повестку дня: «О серьезных недостатках в работе бюро ЦК КП Киргизии по руководству народным хозяйством и организационно-партийной работой». Пленум поддержал также постановление бюро ЦК КП Киргизии о поручении члену бюро ЦК, первому секретарю Фрунзенского горкома партии т. Усубалиеву выступить с докладом по этому вопросу на пленуме ЦК.

В своем докладе я зачитал полный текст записки ЦК КПСС «О положении дел в Киргизской ССР»  и  постановление бюро ЦК КП Киргизии «О записке ЦК КПСС «О положении дел в Киргизской ССР», подробно изложил аргументы и факты, выводы и предложения, которые содержались в выступлениях членов бюро ЦК на его заседании.

Пленум ЦК КП Киргизии заседал два дня – 8 и 9 мая. Активность в обсуждении вопроса была очень высокой. Для выступления в прениях записалось 48 человек, а выступило 26 человек. С общего согласия участников пленума прения были прекращены. На пленуме выступил И. Р. Раззаков и К. Д. Дикамбаев.

Пленум ЦК КП Киргизии глубоко разобрался в причинах вскрытых крупных недостатков и ошибок в работе бюро ЦК по руководству народным хозяйством республики, организационно-партийной работой, дал им соответствующую принципиальную политическую оценку, наметил конкретные меры по их устранению.

Пленум ЦК освободил И. Р. Раззакова от обязанностей первого секретаря и члена бюро ЦК КП Киргизии. Пленум снял К. Д. Дикамбаева с поста председателя Совета Министров Киргизской ССР.

Пленум ЦК избрал Т. Усубалиева первым секретарем ЦК Компартии Киргизии. Пленум ЦК избрал Б. Мамбетова членом бюро ЦК Компартии Киргизии и рекомендовал Верховному Совету Киргизской ССР назначить его на пост председателя Совета Министров республики. Пленум ЦК рассмотрел еще другие организационные вопросы.

Постановление пленума ЦК Компартии Киргизии опубликовано в сборнике «КП Киргизии в резолюциях и решениях съездов и пленумов ЦК. (Часть  III. 1956–1961 г.  Фрунзе. 1973 г.  стр. 314). Стенограмма  майского (1961 г.) VI пленума ЦК КП Киргизии хранится в партийно-государственном архиве.

Пленум запомнился мне, и наверно не только мне, на всю жизнь. По остроте обсуждаемых вопросов такого партийного форума еще не было в жизни республиканской партийной организации. Его решения и материалы многие годы для меня были, как говорится, настольной книгой. Мы рассматривали каждое критическое замечание, каждое деловое высказывание, прозвучавшее с его трибуны, принимали конкретные меры по их реализации.

После завершения обсуждения итогов работы Пленума в партийных организациях, мы больше нигде, ни в печати, ни в устных докладах не поднимали вопроса о серьезных недостатках и ошибках в работе тт. Раззакова и Дикамбаева. В этом необходимости не было. Их деятельности пленум дал принципиальную партийную оценку. Наша главная задача состояла в том, чтобы обеспечить выполнение решений Пленума, а не склонять прежних руководителей на всех собраниях и заседаниях, на них сваливать ответственность за все. Это – негодный прием.

К сказанному следует добавить, что мы понимали, что коммунистам совершенно чуждо чувство мстительности. Это – ленинская мысль. Владимир Ильич считал, что пролетарским революционерам чуждо «чувство мстительности» даже по отношению к классовым врагам.

Бюро ЦК  КП  Киргизии не  перечеркивало  всю  деятельность   ни т. Раззакова, ни т. Дикамбаева, наряду с ошибками и недостатками в их работе, учитывало то положительное, что ими сделано, когда они занимали руководящие посты. Была проявлена забота об их дальнейшей работе. После освобождения от обязанностей первого секретаря ЦК И. Р. Раззаков не захотел оставаться жить и работать в Киргизстане, попросил предоставить ему возможность переехать в Москву. При поддержке ЦК КП Киргизии ему в центре Москвы была выделена 4-х комнатная квартира, ЦК КПСС направил его заведующим подотделом Госплана СССР.

Специально построенный во Фрунзе особняк для первого  секретаря ЦК КП  Киргизии, где проживал И. Р. Раззаков со своей семьей, после его переезда в Москву по моему предложению был передан под детский сад.

Но как ни странно, впоследствии, спустя почти 25 лет, когда я ушел на пенсию, новое руководство ЦК КП Киргизии, собирая на меня мыслимый и немыслимый компромат, выдвинуло смехотворное обвинение, будто бы я не добровольно отказался занять этот особняк, а бюро ЦК заставило меня так поступить.

В этой связи на запрос ответственного работника Комиссии  партийного  контроля  при  ЦК КПСС заведующая этим детским  садом давала  следующую справку:

«Особняк на улице им. Чуйкова, 90, где проживал бывший первый секретарь ЦК КП Киргизии т. Раззаков И. Р., после его ухода был  передан   по   указанию  первого  секретаря   ЦК  КП  Киргизии   т. Усубалиева Т. У. в ведение Первомайского РОНО, под детсад-ясли № 28 санаторного типа. Дом имеет 8 жилых комнат, в которых живет 80 детей. Кроме 8 комнат имеются: кухня, прачечная, бассейн. Особняк огорожен, территория его достаточная для игр детей. Документы находятся во Фрунзенском горисполкоме.

Зав. детсадом    28  Коробкина П.  3.

10 ноября 1986 года.»

После представления этой справки было снято нелепое обвинение, выдвинутое против меня. Будучи первым секретарем ЦК КП Киргизии, я по-человечески помогал И. Р. Раззакову в решении его бытовых нужд и запросов. У него здоровье, как говорили врачи, было слабое. Он часто болел здесь, во Фрунзе, и в Москве. Однажды, когда я находился в Москве, участвуя в работе очередного Пленума ЦК КПСС, утром, примерно в 9 часов в номере гостиницы «Москва», где я остановился, раздался телефонный звонок. Поднимаю трубку и слышу голос И. Р. Раззакова. Мы поздоровались. Он настоятельно попросил встречи со мною, сказал, что звонит из вестибюля гостиницы.

Я попросил его подняться в номер. Мы встретились. Сразу видно было, что это – не тот человек, которого я знал всего лишь 5 лет тому назад, он сильно изменился, постарел. Он взволнованно рассказал следующее. Долго болел, около года, все время находился в больнице. Врачи признали его нетрудоспособным, инвалидом труда первой группы. С работы в Госплане СССР уволен в соответствии с трудовым законодательством, получает 120 рублей пенсии. На 57-м году жизни,– говорил он,– стал инвалидом по труду. Руководство Госплана СССР отказалось ходатайствовать перед соответствующим союзным органом об установлении ему персональной пенсии, так как он проработал там недолго, около 5 лет. И он обратился ко мне с просьбой ходатайствовать об установлении ему персональной пенсии.

Я ему ответил: ваш вопрос, как вы сами понимаете, непростой, но я постараюсь  поговорить с секретарями ЦК КПСС, на прием к которым записался. Сейчас еду в ЦК. На этом мы попрощались.

Приехав в ЦК, я сразу зашел в приемную секретаря ЦК КПСС И. В. Капитонова. Здесь ожидали приема несколько секретарей обкомов и ЦК союзных республик. Дошла очередь и до меня. С Иваном Васильевичем я посоветовался по ряду важных для нас вопросов. В конце беседы рассказал ему о разговоре с Раззаковым И. Р. и спросил нельзя ли помочь ему в улучшении его материального положения. Иван Васильевич ответил, что он хорошо знает его работу на посту первого секретаря ЦК КП Киргизии, причины освобождения и что этот вопрос не может внести на секретариат ЦК без согласия Генерального секретаря ЦК и закончил: Вы наверное будете на приеме у Леонида Ильича, вот и доложите ему свою просьбу.

В тот же день, вечером, меня принял Леонид Ильич Брежнев. Каждый раз после Пленума ЦК и сессии Верховного Совета он, как правило, принимал, в первую очередь, первых секретарей ЦК Компартий республик, многих крупных обкомов партии, получал информацию, что называется из первых уст, о положении дел на местах. Он подробно спрашивал о том, как идет в республике выполнение плановых заданий в промышленности, особенно в сельском хозяйстве, строительном производстве. Потом спросил какие у меня есть вопросы к нему. У меня была записка, адресованная на его имя. В ней речь шла о дальнейшем укреплении материальной базы основной отрасли животноводства-овцеводства. Мы просили, чтобы Госплан СССР изыскал возможность увеличить выделение республике материальных и финансовых средств для наращивания темпов строительства чабанских домиков и кошар. Из-за недостатка теплых чабанских домов,– отмечали, все меньше становится людей, желающих работать в этой отрасли и происходящий большой падеж овец объясняется прежде всего необеспеченностью в полной мере поголовья помещениями в суровых зимних условиях на отгонных пастбищах, где зимой морозы достигают 30–40 градусов. Леонид Ильич, прочитав записку, сказал: направлю ее Совету Министров СССР и Госплану СССР для рассмотрения  и  оказания  помощи  республике по возможности.

И последний вопрос у меня был о Раззакове И. Р. Я рассказал Леониду Ильичу о нем: был 5 лет Председателем Совета Министров республики и 11 лет первым секретарем ЦК КП Киргизии. В его работе имелись серьезные недостатки и ошибки, которым была дана принципиальная партийная оценка на пленуме ЦК в 1961 году. Наряду с этим он в период своей работы прилагал немало усилий для развития экономики и культуры республики. Последние пять лет был зав. подотделом Госплана СССР, сейчас не работает в связи с плохим состоянием здоровья, признан нетрудоспособным, получает 120 рублей пенсии, как инвалид труда. Он испытывает большие материальные затруднения, жена не работает. Мы просим вас поручить Комиссии при Совете Министров СССР рассмотреть и решить вопрос об установлении И. Р. Раззакову персональной пенсии. Леонид Ильич сказал, что он его совсем не знает, не встречался с ним, хотя работал в соседней республике – Казахстане. Если бюро ЦК КП Киргизии поддерживает вашу просьбу, то тогда вносите свое предложение в ЦК КПСС. Секретариат ЦК рассмотрит этот вопрос. Как я предполагаю,– отметил я,– большинство членов бюро ЦК КП Киргизии поддержит такое предложение и поблагодарил Леонида Ильича за доброе отношение к судьбе человека, оказавшегося в тяжелом положении.

По приезде из Москвы, на очередное заседание бюро ЦК я внес для обсуждения предложение – ходатайствовать об установлении И. Р. Раззакову персональной пенсии. Я рассказал членам бюро ЦК о просьбе Раззакова, высказанной им мне в гостинице «Москва», а также о том, что по этому вопросу советовался с секретарем ЦК КПСС И. В. Капитоновым и Генеральным секретарем ЦК КПСС Л. И. Брежневым, который сказал, что если бюро ЦК КП Киргизии сочтет возможным внести такое предложение, то оно будет рассмотрено в ЦК КПСС.

Во время обсуждения этого вопроса на бюро ЦК не было однозначного мнения, двое товарищей высказались против принятия решения об установлении И. Р. Раззакову персональной пенсии, мотивируя это решениями майского (1961 г.) пленума ЦК КП Киргизии. Думаю, что нет необходимости называть фамилии этих товарищей. Все остальные члены бюро ЦК высказались за положительное решение. Таким образом,– заключил я,– постановление бюро ЦК об установлении т. Раззакову персональной пенсии принимается большинством голосов и спросил тех двух членов бюро, не записать ли их возражение в протоколе. Они сказали, что не надо записывать, мы снимаем свое возражение.

Это было 29 декабря 1966 года. Протокол бюро ЦК № К 33/26б. Приведу полный текст постановления бюро ЦК КП Киргизии.

«Комиссии по установлению персональных пенсий при Совете Министров СССР.

Тов. Раззаков Исхак Раззакович 1910 года рождения, киргиз, образование высшее, член КПСС с 1940 года.

Раззаков И. Р. в 1929 году окончил Ташкентский педагогический техникум, после чего в течение двух лет работал преподавателем в Самаркандском техникуме. С 1931 по 1936 год учился в Московском государственном плановом институте, по окончании которого, в течение пяти лет работал на руководящих должностях в органах Госплана Узбекской ССР – начиная с председателя областной плановой комиссии до председателя Государственной плановой комиссии республики.

В 1941 году Раззаков И. Р. был выдвинут на должность Народного комиссара просвещения и заместителя председателя Совнаркома Узбекской ССР, где работал около 4 лет. В 1944 году избирается секретарем ЦК КП Узбекистана по пропаганде и агитации.

В 1945 году Раззаков И. Р. был направлен в Киргизию на пост председателя Совета народных Комиссаров Киргизской ССР, затем председателя Совета Министров республики.

С 1950 по 1961 год Раззаков И. Р. работал первым секретарем ЦК КП Киргизии. Затем был направлен на работу в Госплан СССР.

Раззаков И. Р. избирался членом ЦК КПСС, депутатом Верховного Совета СССР второго, третьего, четвертого и пятого созывов, являлся членом бюджетной комиссии Совета Союза. Награжден четырьмя орденами Ленина, орденами Трудового Красного Знамени, Отечественной войны I степени, Красной звезды и медалью «За трудовую доблесть».

ЦК КП Киргизии выходит с предложением о назначении тов. Раззакову И. Р. персональной пенсии Союзного значения в связи с резким ухудшением состояния его здоровья.

Секретарь ЦК КП Киргизии

(Т.  УСУБАЛИЕВ).»

Постановление бюро ЦК КП Киргизии было рассмотрено в ЦК КПСС и в соответствии с его указанием Комиссия при Совете Министров СССР установила И. Р. Раззакову персональную пенсию союзного значения в размере 250 рублей, что было самой высокой пенсией в те годы, устанавливаемой для бывших первых секретарей ЦК Компартий и председателей Совета Министров союзных республик.

Материальное положение И. Р. Раззакова, после установления ему персональной пенсии, значительно улучшилось. В соответствии с положениями о пенсионерах союзного значения, он получал продукты питания в лечебной столовой Совета Министров СССР на льготных условиях. Он и члены его семьи были прикреплены к спецполиклинике 4-го Главного Управления Министерства здравоохранения СССР, каждое лето он вместе с женой отдыхал в подмосковном санатории Совета Министров СССР «Лесные дали».

В начале 70-х годов, сейчас точно не помню, будучи в Москве в командировке, я случайно встретился с И. Р. Раззаковым в столовой, что на улице Грановского. Теперь я увидел совершенно другого человека. Было видно, что он чувствует себя бодрым. Он сам сказал мне, что у него здоровье намного улучшилось, занимается переводами русской художественной литературы на узбекский язык, очень скучает по Киргизстану, прошло почти 10 лет, как он уехал из республики. Я пригласил его приехать в республику, посмотреть, что произошло за эти годы. Как пенсионер, можете приехать в любое время, но лучше, если летом. Он сказал, что с удовольствием воспользуется моим приглашением.

И в 1971 или 1972 году, И. Р. Раззаков приехал в республику с сыном. Мы оказали ему радушный прием. Его разместили на даче Хозуправления Совета Министров, в новой гостинице «Ала-Арча», которая была построена уже без него. ЦК, Президиум Верховного Совета и Совет Министров оказал И. Р. Раззакову немалую денежную материальную помощь. Ему была предоставлена путевка в санаторий «Чолпон-Ата» Управления Делами Совета Министров, что на побережье озера Иссык-Куль. За ним закрепили автомашину ГАЗ-24 «Волга».

После месячного отдыха он поездил почти по всей республике, его сопровождал Управляющий делами Президиума Верховного Совета т. Чокоев. Везде, куда он приезжал, ему оказывали большое внимание. Встретившись со мною перед отъездом в Москву, И. Р. Раззаков выразил благодарность ЦК и Правительству республики за большую заботу о нем, искреннее внимание. Он говорил еще о том, что 10 лет не был в республике, но поездив по ее городам, районам, селам увидел много перемен, происходящих в жизни народа Киргизстана, видел, что люди трудятся уверенно, ясно представляют свои цели. Всем происходящим переменам в республике к лучшему он от души радуется.

ЦК и Правительство республики осуществляли конкретные меры по улучшению социально-экономического положения населения региона, откуда был родом И. Р. Раззаков.

В 70-х – 80-х годах много было сделано по улучшению жилищных, социально-культурных условий жителей Ляйлякского района и города Сулюкты. Вот лишь отдельные примеры.

Орошение плодородных земель Аркинской долины было давней мечтой ляйлякцев. Мы добились орошения свыше двух тысяч шестьсот гектаров земель этой долины путем сооружения мощной плавучей насосной станции на Кайраккумском водохранилище. На этих землях были организованы три совхоза, жители которых были переселены из горных ущелий. Ввод в действие этого и других ирригационных объектов способствовал увеличению производства сельхозпродукции в районе. В райцентре построен крупный больничный комплекс, дворец культуры. Построенный аэропорт ликвидировал оторванность этого самого дальнего региона от остальной части республики, жители Ляйлякского района и города Сулюкты получили возможность иметь интенсивные коммуникационные связи с областным и республиканским центрами. В городе Сулюкта был построен новый крупный угольный  разрез «8-е поле», что увеличило добычу угля, кирпичный завод, здание горкома партии и горисполкома, швейная фабрика. В городе и районе было введено в эксплуатацию немало жилых домов, школ; медицинских и культурно-бытовых объектов.

Я вспоминаю свой первый приезд в октябре 1962 года в Баткенский район в качестве первого секретаря ЦК. К райцентру подъехали поздно вечером. Подъехали прямо к зданию райкома партии. Нас встретили первый секретарь райкома партии М. Нургазиев и другие руководители района. Сидим в его кабинете и беседуем. Время идет, пора бы отдохнуть. Ехали очень долго, устали. Но секретарь молчит, чем-то смущен. Я обращаюсь к нему: «Поедем в гостиницу,– беседу продолжим  завтра». А он говорит: «Гостиницы у нас вообще нет, вам придется переночевать здесь, в соседнем  кабинете, где поставлены  кровати».  «Что же,– говорю,– на нет и суда нет».

На следующий день ездили по району, побывали в хозяйствах, беседовали с людьми. Увиденное на полях и в хозяйствах еще четче обрисовало жуткое положение населения района.

По всему району было всего около трехсот гектаров поливных земель. Везде и всюду не хватало не только питьевой,  но и поливной воды.  На огромных полях серозема, кроме полыни, никаких других растений не росло. Люди говорили, что если бы была вода, то Баткенская долина превратилась бы в цветущую. Здесь можно выращивать хлопок, табак, виноград, урюк и многие другие культуры. Здесь солнечных дней много, тепла в избытке.

Где же выход из тяжелейшего положения? – опять встал перед нами этот вопрос. Здесь был только один путь – это обеспечение населения питьевой и поливной водой. Другого пути не было. Или надо было переселить все население в другие регионы. Но куда и возможно ли это?

По мнению специалистов, единственная возможность – это строительство Торт-Кульского водохранилища. Оно должно ежегодно наполняться полагающимся Кыргызстану стоком воды реки Исфара-Сай, протекающей по территории Таджикистана.

Но объект, по предварительным подсчетам, очень дорогой. А где взять средства для него? Следовало еще убедить соответствующие союзные органы в необходимости этого строительства, и поддержат ли они эту идею? К тому же, какой союзный проектный институт окажет нам услугу – спроектировать  такое   исключительно сложное ирригационное сооружение? А нашему республиканскому проектному институту – этот объект не по зубам. Надо было получить согласие правительства Таджикской республики на строительство по ее  территории подводящего канала к водохранилищу.

Все эти вопросы были непростыми, и мы решили их огромными усилиями.

Москва проявила поистине гуманное отношение к нашей просьбе об оказании помощи в облегчении тяжелейших жизненных условий населения Баткенского района.

Гипроводхоз СССР разработал проект Торт-Кульского гидроузла. Строили его долго, в 1965–1976 годах. Емкость водохранилища – 90 млн. кубометров. Оно, заполняется зимними и паводковыми стоками реки Исфара-Сай. Для подачи воды в наливное водохранилище построены водозаборное сооружение на указанной реке и подводящий бетонный канал длиной 18 км с тремя тоннелями и большим количеством селепроводящих сооружений.

Водохранилище имеет еще одну исключительную особенность. Чтобы предотвращать фильтрацию воды в чаше водохранилища, произведена оригинальная антифильтрационная защита из полиэтиленовой пленки. Она проложена на большой площади – на 650 гектарах.  Такое мероприятие было осуществлено в Союзе впервые. Другого такого уникального гидроузла в Среднеазиатском регионе не имеется.

Что же дало Торт-Кульское водохранилище. Оно обеспечило орошение в Баткенском районе до 14 тыс. гектаров ранее иссушенных, но плодородных земель. Облик Баткенской долины неузнаваемо преобразился, ее орошаемые массивы стали цветущими оазисами.

Жизненный уровень населения неизмеримо поднялся. Теперь Баткен – один из лучших, хорошо застроенных райцентров Кыргызстана. Здесь построены новые типовые школы, целый больнично-амбулаторный комплекс, водопровод, Дворец культуры, почтамт, комплексный торговый центр. В Баткене построены также аэропорт, асфальто-бетонный завод

Хотел бы также отметить одно непростое обстоятельство, связанное с Торт-Кульским водохранилищем. Строительство этого объекта обошлось государству очень дорого – около 50 млн. рублей (в ценах тех лет), т. е. почти в два раза больше, чем было предусмотрено в проектно-сметной документации. Это было вызвано, как уже отмечалось, исключительной сложностью гидроузла в техническом исполнении, потребовавшим дополнительно много материально-технических и финансовых ресурсов. Это в те годы расценивалось, как грубейшее нарушение государственной дисциплины в капитальном строительстве. За это в союзном центре предусматривалось строгое наказание нарушителей государственной дисциплины.

Мы честно доложили ЦК КПСС и Совету Министров СССР о том, что привело к удорожанию стоимости гидроузла. Мы писали также, что нельзя было не строить водохранилище, оно крайне необходимо для вывода населения Баткенского района из бедственного положения.

Нас правильно поняли, было проявлено гуманное, человечное отношение к населению Баткенского района. Здесь, как и во многих других жизненных вопросах республики, нам навстречу пошел Председатель Совета Министров Алексей Николаевич Косыгин. Он дал указание Госстрою СССР утвердить сметные расходы по строительству Торт-Кульского водохранилища и закрыть вопрос о нем.

Очень много было сделано для Баткенского, Ляйлякского и других районов Ошской области. Я, конечно, далек от того, чтобы  утверждать: в период моей работы были решены все  проблемы Ошской области. Нигде такого не бывает и быть не может, так как жизнь не стоит на месте. Она выдвигает все новые и новые проблемы. Это закономерное явление. По сравнению с тем, что было оставлено моим предшественником, сделано неизмеримо много во всех сферах жизнедеятельности населения Ошской области. Это хорошо знают и по достоинству оценивают все честные люди юга. И я с полным основанием категорически отвергаю новоявленных оппонентов, что я, будучи первым руководителем республики, будто бы ущемлял интересы Ошской области, ее материальные ресурсы якобы перекачивал на развитие северной части Кыргызстана. Это – просто досужие сплетни. У оппонентов нет ни малейших аргументов и фактов на этот счет.

Через 7 лет после посещения Исхаком Раззаковичем республики сюда пришла скорбная весть о его безвременной кончине. Мы выразили глубокое соболезнование и сочувствие его семье, родственникам и близким. Для участия в его похоронах ЦК и Правительство республики направили в Москву делегацию в составе К. Д. Дикамбаева – заместителя председателя Госплана Киргизской ССР, проработавшего вместе с Исхаком Раззаковичем в качестве Председателя Совета Министров Республики, членом бюро ЦК КП Киргизии, земляка Исхака Раззаковича – председателя колхоза «Кулунду» Ляйлякского района Ташбалтаева, секретаря Сулюктинского горкома партии Ниязматова, постоянного представителя Совета Министров Киргизской ССР в Москве Аташова и др. Все расходы, связанные с организацией похорон Исхака  Раззаковича,  были  выделены  из госбюджета Республики.

Нельзя не сказать несколько слов об одном клеветническом измышлении, которое начали распространять интриганы в дни, когда в 90-х годах отмечалось 85-летие со дня рождения И. Р. Раззакова. Они говорили, что тогдашнее руководство ЦК будто бы запретило опубликовать в  печати кем-то подготовленный некролог о кончине И. Р. Раззакова, а было дано лишь сообщение.

Но нынешние «герои» – интриганы тогда молчали, никакого некролога о кончине И. Р. Раззакова не писали. И в последние годы они о Раззакове и членах его семьи ни словом не обмолвились. Нынче, когда царит вседозво-ляющее время, очень просто и легко быть «героем», «осуждающим» наше прошлое, не имея о нем достаточного представления.

И. Р. Раззаков был членом ЦК КПСС, первым секретарем ЦК КП Киргизии, получал пенсию союзного значения, установленную по решению ЦК КПСС и Совета Министров СССР. Все вопросы, связанные с ним, решались только с согласия Союзного Центра. ЦК КПСС не дал согласия на опубликование некролога о кончине И. Р. Раззакова. Об этом знали члены бюро ЦК тех лет. Была тогда такая жесткая централизация решения вопросов, связанных с деятельностью первых руководителей республик, краев и областей.

Что касается организации похорон Исхака Раззаковича, то это дело было поручено постоянному председателю Совета Министров Киргизской ССР в Москве Аташову Курманбеку Казиевичу. Я поручил ему, что немедленно поговорите с женой, дочерью и сыном Исхака Раззаковича, если они желают, то Исхака Раззаковича похороним во Фрунзе. Об этом же говорил Казы Дикамбаеву, который возглавлял делегацию республики для участия в похоронах. В тот же день вечером мне позвонил Аташов и сказал, что жена и дети Исхака Раззаковича выразили благодарность за большое внимание. Поскольку они живут в Москве и для них желательно похоронить Исхака Раззаковича в Москве. Воля его семьи уважительна. Похороны состоялись в Москве. О том, как были организованы похороны, мог бы рассказать тогдашний наш представитель в Москве Аташов.

Ниже приведу полный текст полученного мною письма членов семьи Исхака Раззаковича.

«Глубокоуважаемый Турдакун Усубалиевич!

От наших глубоко скорбящих сердец благодарим Вас за Ваше личное большое внимание, поддержку, заботу и помощь в эти горестные для нас дни проводов в последний путь нашего дорогого мужа, бесконечно любимого отца и необыкновенного деда.

Мы все желаем Вам, Турдакун Усубалиевич, крепкого здоровья, счастья, долгих лет жизни и больших успехов в Вашем благородном труде.

Еще раз искренне благодарим Вас.

Жена, сын, дочь, внуки».

Думаю, что вышеизложенные материалы убедительно доказывают безосновательность распространяемой в последние годы отдельными моими недоброжелателями сплетен, клеветы о том, что якобы Усубалиев был инициатором смещения И. Р. Раззакова с поста первого секретаря ЦК КП Киргизии, плохо относился к нему, чуть ли не организовал его преследование. Что скрывается за этим? Нежелание знать историческую правду, для установления которой достаточно перелистать материалы пленума или стремление во что бы то ни стало «достать» меня, используя для этого хотя бы клевету?

С полным основанием могу сказать, что я проявлял к Исхаку Раззаковичу истинно человеческое, доброе отношение, по возможности помогал в решении его бытовых нужд и запросов. А с обнаруженными в его работе недостатками он сам был согласен еще до того, как меня избрали первым секретарем ЦК.

Что касается Казы Дикамбаевича Дикамбаева – бывшего Председателя Совета Министров республики, то о нем тоже Бюро ЦК проявило заботу, не перечеркивало его прошлую деятельность. Казы Дикамбаевич решения майского пленума ЦК КП Киргизии воспринял так, как подобает коммунисту. Он по образованию экономист. Учитывая все это Бюро ЦК направило Дикамбаева заместителем председателя Госплана республики. На этом посту он проработал больше четверти века, работал честно, отдавал порученному делу все свои знания и большой опыт. Его труд оценен по достоинству, ему присвоено почетное звание «Заслуженный экономист Киргизской ССР».

Обращает на себя внимание  то,  что  нередко  оппоненты  приписывают И. Р. Раззакову то, чего не было. Вот только один пример. Недавно по республиканскому телевидению было показано следующее изображение: за рабочим столом сидит якобы И. Сталин и к нему, как сообщил диктор, обратился И. Раззаков о строительстве железной дороги Кант – Рыбачье. Между тем это не соответствует действительности. Постановление «О строительстве железной дороги Кант – Рыбачье» принято Государственным Комитетом Обороны СССР  3 сентября 1943 года, за № 4027. В целях обеспечения выполнения постановления Государственного Комитета Обороны СССР Совет народных комиссаров Киргизской ССР и ЦК КП(б) Киргизии приняли постановления «О строительстве железной дороги Кант – Рыбачье» 29 сентября 1943 года. Эти документы имеются в Госархиве Кыргызской Республики. К слову сказать, что Исхак Раззакович приехал из Узбекистана в Киргизстан в конце 1945 года в качестве Председателя Совета народных Комиссаров Киргизской ССР. Приписывание того, чего не было, не возвеличивает государственного деятеля, а унижает его. Известно, что из руководителей Кыргызстана Сталин и Молотов принимали только председателя Совета Народных Комиссаров Киргизской ССР Кулатова.

Для сведения читателей также сообщаю, что Советом Народных Комиссаров Союза ССР и ЦК ВКП(б) были приняты постановления:

– «О строительстве Орто-Токойского водохранилища и Большого Чуйского Канала в Киргизской ССР», № 364, 19 марта 1940 года;

– «О строительстве автомобильной дороги Фрунзе – Сусамыр – Джалал-Абад – Ош Киргизской ССР», № 2715, 31 декабря 1940 года.

Все эти постановления и постановление «О строительстве железной дороги Кант – Рыбачье» подписаны Председателем Совета Народных Комиссаров Союза ССР                                                           В. Молотовым

Секретарем ЦК ВКП(б)                                                              И. Сталиным

Эти постановления также имеются в Госархиве Кыргызской Республики.

По воле судьбы, по доверию ЦК КПСС, республиканской партийной организации я был избран первым секретарем ЦК КП Киргизии. Как я работал и с кем работал, чего мы добились и какие насущные проблемы в жизни республики остались нерешенными – это уже тема отдельного большого разговора.

Заканчивая рассказ о работе майского (1961 г.) пленума ЦК КП Киргизии, я хотел бы подчеркнуть следующее. Роль и значение этого партийного форума в истории республики, мне думается, надо оценивать не по коньюнктурным соображениям, как бы этого кому-то не хотелось, а по тем реальным результатам, которые достигла Киргизия, преодолев те проблемы, которые обозначил этот пленум.

В заключение хотел бы сказать: я никогда не тревожился и не тревожусь о том, что скажут люди о моей деятельности. Потому, что в душе уверен в том, что поступал в период своей деятельности правильно, делал все, что мог и как мог. Но есть такой беспристрастный судья, как время, история. Они скажут свое слово, каждому и воздадут то, что заслужил он.

Т. У. Усубалиев

2007 г.



Рубрики:Ответы оппонентам, Статьи и выступления

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: